: 54.205.89.199

 
Пт 09.12.16 08:45:55
В каталоге файлов предусмотрены "оценки модератора", отражающее качество содержимого. По специальным иконкам в оформлении материала можно оценить файл, не качая его.  
 
 
 
Оставлять сообщения могут только зарегистрированные пользователи


 
Реклама на Chernobyl-Soul.com

Главная » Статьи » Книги и рассказы » Фанфики



В Погоне за легендой. Часть первая, глава третья.


Глава третья.
11 июня 2006 год, Окрестности села Залесье, Чернобыльская Зона Отчуждения, Украина, 11-00

Черевач. Первое встреченное в Чернобыльской Зоне брошенное село не произвело на меня особого впечатления. Таких заброшенных деревушек я за всю свою небольшую жизнь видел уже штуки, не дай память соврать, две. Первая – в России, далеко на севере, в Сибири. Не совсем село, скорее комбинация из заброшенного лагеря нефтяников и построенному в километре от него, у проселочной дороги, поселку, размерами с хутор. Нефть там добывали долго и многие из вахтенных рабочих постепенно оседали там, знакомясь с местными дивчинами и обзаводясь семьями. В силу демографического бума хуторок разросся до размеров приличной деревушки. Спустя годы, аккурат после развала союза у конторы, добывающей там «черное золото», дела пошли под откос и скважина была заморожена. А вместе с ней пришел в упадок и поселок, быстро перейдя в разряд заброшенных. Его бывшие жители разъехались по стране в поисках лучшей доли. Не морозить же задницу без работы в глухой Сибири? Я там был случайно, дружок армейский решил вернуться на историческую родину, в Тюменскую область, и пригласил как-то отдохнуть, порыбачить и посмотреть природу. Ну и показал, в перерывах между ловлей рыбы в лунках и охоты, местную «Припять». Заснеженные брошенные дома произвели на меня тогда сильное впечатление.
Второй раз я встречал что-то подобное селу Черевач уже на своей малой родине, в Луганской области. Старый рабочий поселок был заброшен после того, как шахта-копанка, вроде даже и незаконная, была закрыта и люди, еще вчера спускавшиеся в забой, переехали. Кто-то в город, кто-то на другую шахту. А что с шахтой было впоследствии – уже и не вспомнить, мал я был на момент тех событий, но постепенно разграбляемые мародерами дома, постепенно зарастающие садами, еще вчера бывшими ухоженными и аккуратными, полными яблок и ягод, постепенно выбирающимся за границы хлипких деревянных заборчиков. Мы туда еще пацанятами бегали, за сладким да на терриконы карабкались, смотреть с их высоты на просторы заброшенного поселка и окрестностей.
Поэтому вид села Черевач не произвел на меня никакого особого впечатления. Подумаешь, эка невидаль, городок заброшенный. Таких, уверен, на территории бывшего СССР полно. Да и за рубежом, думаю, тоже. Видел в интернете картинки заброшенных заводов в Германии, Франции, да и о нефтяном кризисе семьдесят третьего года, вкупе с энергетическим в семьдесят девятом, в США, слышал. Эти два события крайне печально повлияли на граничащий с Канадой городок Детройт, бывший когда-то крупнейшим автопромышленным центром. Чего уж удивляться обычному селу, даже не райцентру, в уже как двадцать лет заброшенном Чернобыле? В миллионниках целые районы люди бросали, а тут – село. Масштабы не те.
У моста, не доходя до Черевача, мы разошлись с группой Нефедова. Мы – прямо, они – налево. Не завидую я парням, пробираться чрез поле то еще удовольствие. Да и с ориентирами сложней. Это у нас просто, иди себе в сторону Чернобыля, по шоссе, да по сторонам внимательно посматривай. Так, неторопливо, изучая ближайшие к дороге окрестности, дойти до Припяти. Уж этот город, уверен, сможет меня поразить куда сильней мелкого села. Построенный специально для работников станции, всего за несколько лет до катастрофы, он, если верить время-от-времени попадающимся на глаза фотографиям в интернете, красив. Думаю, там есть на что посмотреть. Хотя – чур меня, чур, я бы многое дал за то, чтобы это была обычная, не выделяющаяся из ряда других, операция, без необычных ситуаций, с отличным финалом. И туристы будут найдены, просто у них автобус сломался, пробив колесо на ржавом гвозде. Пропавшие солдаты просто отошли в самоволку, к девкам из соседнего села, пиву по двадцать гривен и еще более дешевому самогону. А персонал станции и все остальные обитатели этой заброшенной ,на первый взгляд, территории, просто пропустили сеанс связи или у них просто разрядились батарейки. Было бы здорово. Угу, у всех сразу – разрядились. Идиот ты, Волков, желающий, чтобы все прошло как по маслу. Чувство тревоги, появившееся сразу по выходу с КПП, не покидало. Еще бы, после такого-то «пригласительного билета» в виде двух трупов, один из которых на человеческий похож лишь издали. И то, если смотреть темной ночью чрез черные очки.
Идти последним, замыкая колонну – удобно и легко. Особенно когда в авангарде идет Щербаков, четко выполняющий инструкцию «идти медленно, внимательно изучая окрестности». Даже во время прогулочных праздношатаний по городу я шевелю конечностями куда быстрее, так-как не привык ходить медленно. Но скорость движения любой колонны всегда зависит от скорости самого медленного ее члена. А уж когда эта «черепаха» еще и первая идет – то ускориться нельзя никак. Да и не нужно это, мы не на марш-броске, где главное – прийти первым как можно быстрей к финалу, преодолевая препятствия. У нас в запасе вагон и маленькая тележка времени, которое нужно потратить с пользой, найдя пропавших. А из препятствий – только собственное снаряжение, которое и «препятствием» можно назвать с большой натяжкой, привычные уже нагрузки.
Не сказал бы, что пешие прогулки вдоль автомобильных трасс – мое любимое занятие. В подростковом возрасте я вдоволь исколесил страну на попутках, увлекшись автостопом и жаждой посещения новых мест. Обочины с тех пор недолюбливаю. Грязные, зачастую с настоящими горами мусора, который щедро выкидывают из проезжающих мимо машин. Узкие, испещренные колдобинами, сточными канавами и рвами, они не слишком-то подходили для долгих вынужденных «прогулок» вдоль шоссе, которые не редкость в нудном процессе ожидания водителя, что подбросит до нужного городка или хотя-бы подвезет чуть ближе к цели.
Два лета, еще учась в школе, я убил на это дело а потом – выпускной, поступление в ВУЗ, армия и как-то не до того стало. Не поедешь же на попутке в гости к родителям или друзьям? Лучше сесть в поезд или автобус, экономя драгоценное время отпуска, чтобы потратить его дома, с родными и приятелями.
То, чем я сейчас занимался, имело мало общего с автостопом, но некоторые сходства, навевавшие воспоминания, находились. Та же обочина, бурно заросшая бурьяном. Стараясь ступать на асфальт, я задавался вопросом «а почему-бы нам не идти по центру шоссе? Все равно никто не собьет, машину услышим». Но вслух его задавать не стал. Была более актуальная и болезненная проблема. В один ботинок уже успел каким-то образом попасть коварный камешек и неслабо покалывал пятку, заставляя задуматься о перекуре с целью снятия обуви. Только заикаться о нем не стоит, прошло всего-то около двух часов с момента выхода в Чернобыльскую Зону, с гостеприимного и страшного КПП «Дитятки». Трупы, кстати, когда мы уходили, все еще лежали у шлагбаума и никто, судя по всему, не желал их убирать. Разве что прикрыли плащ-палатками, эстеты хреновы. Если так пойдет и дальше – запашок будет тот еще. Точнее, коктейль. К уже запаху гари прибавится трупная вонь, если затянут уборку тел на сутки-другие. Вопреки распространенному мнению, мертвец не воняет сразу. Разве что висельник, обгадивший свои штаны из-за обычного рефлекса организма. Мышцы расслабляются и все содержимое мочевого пузыря и кишечника вываливается прямехонько под ноги раскачивающемуся акробату.
Зуб даю, мертвецы дожидаются судмедэкспертов или еще более высокое начальство. Хотя, кто может быть выше главы министерства чрезвычайных ситуаций и начальника «избушки»? Разве что кто-то из правительства, премьер там или, не дай бог, президент. Если эту «поляну» посетит Пасечник или кто-то из его приближенных – то все, хана всей секретности операции. Секретность в случае нашего привлечения – само собой разумеющееся дело. Если бы дело не требовало соблюдения тайны – послали бы войсковой спецназ или же внутренних войск. Стопроцентной гарантии, что солдаты с КПП или водители не расскажут своим домашним о том, что видели, нет. Но и журналистам они не позвонят, надеюсь. Все же присягу давали. А вот какая-нить секретарша или советник нет-нет, да и сольет информацию в СМИ, за гонорар и гарантию полной анонимности. И там понесется, как любит говорить Леха, говно по трубам. И ведь собак, по старой, но отнюдь не доброй, традиции, попробуют спустить на нас. Зарплаты в конторе конечно не огромные, но и не настолько маленькие, чтобы бежать к журналистам и за подачки сливать важную информацию.
Кстати, об информации. С момента выхода Вадим все молчит и молчит, хмуро оглядывая окрестности, возглавляя нашу маленькую колонну. Идем мы не сказать, чтобы очень быстро, внимательно изучая окрестности на предмет чего следов туристов. Ищейки из нас, на мой непрофессиональный взгляд, так себе. Какие-либо охотники любители нашли бы куда больше признаков прошедшего человека. Нет, нас конечно и этому учили, но заточено обучение было под несколько иную специфику местности, да и не сказал бы, чтобы сильно заостряли на этом внимание в процессе натаскивания. Мы, если начистоту, штурмовики, задача которых быстро задержать преступника. А уж его обнаружением, перед передачей нам, на ликвидацию, занимаются совсем другие люди. Опера, следователи, криминалисты, подсадные утки и прочие специалисты узкого профиля. В этой цепочке мы – одни из последних, но не по значению. Просто силовики, которые делают свою работу. Использовать наше подразделение в столь непривычной для нее среде – странно. Трупы, правда, немного проясняют ситуацию и дают очень прозрачный намек на то, с чем поисковики могут столкнуться во время поисков. С, как минимум, какими-то агрессивными тварями, способными в одно, гхм, рыло, разобраться с солдатом, вооруженным автоматом. А это – не хухры-мухры. Чтобы там Вадим не говорил про солдат-срочников и их низкие боевые качества…Из автомата Калашникова стрелять не шибко сложно и звание кандидата наук там не требуется. Достаточно разок-другой съездить на стрельбы чтобы более-менее сносно научиться стрелять на средние дистанции. В ближнем бою, а именно такой и был на КПП, больше важна реакция, чем меткость. Тем более тут расстояние было всего-ничего, а максимальное эффективное расстояние прицельной стрельбы из «АК» - триста-четыреста метров, в зависимости от модели автомата, его ушатанности и прямоты рук бойца. А сборке-разборке автомата учат еще в школе, класса с седьмого-восьмого.
Треск пулемета, раздавшийся где-то далеко за спиной, справа, заставил отвлечься от мыслей и я, развернувшись, сел на одно колено, прицелившись в направлении звука.
Леха, идущий впереди, тоже остановился. Скорее всего он сейчас смотрит по направлению движения нашей маленькой колонны, держа под прицелом дорогу и окрестности левее или правее, в зависимости от того, куда смотрит лейтенант. Хотя, может быть, построение никто делать не стал и я только один такой тут идиот, что среагировал на звук пулемета так, словно находился в городской застройке?
- Волков, отбой, это тебе не тренировка. Наши стреляли, больше некому. Сейчас попробую связаться, ситуация все же нештатная, - хлопнул меня по плечу Вадим.
- По кому они стреляют, интересно? – отряхивая пыль с наколенника и разворачиваясь, задал я глупый и неуместный, вопрос. Почему глупый? Никто ответа не даст. Неуместный по тем же причинам.
- А я откуда знаю? Если удастся связаться – узнаем. Но она, - Щербаков постучал костяшками по торчащей из кармашка разгрузки рации, - не работает. Только помехи на всех частотах.
- Логично, что она не работает. Иначе бы туристы давно бы вышли на связь, вместе с работниками станции и прочей местной шушерой типа самоселов, - Леха, спокойно стоящий и никак не среагировавший на стрельбу, поглаживал ствольную коробку автомата, - иначе, зачем мы здесь?
Мне бы его спокойствие. Оно, наверное, из-за алкоголя. Леха никогда не был пофигистом и обычно правильно реагировал в подобных ситуациях, но сейчас демонстрировал просто железную невозмутимость, словно каждый день здесь под аккомпанемент далеких пулеметных очередей бродит.
- Ты, я гляжу, самый умный тут? Все легко объясняешь! – вещая рацию на стропы разгрузки, огрызнулся Вадим, - может быть, тут было ЭМИ и оборудование в радиусе его действия сдохло, а наше – нет?
- Откуда тут взяться электромагнитному импульсу? – решил уточнить я у самого информированного в нашей группе.
- Мне почем знать. Та тварь у шлагбаума «Дитяток» тоже чай не с небес спустилась. Ладно, продолжаем движение! У туристов запас еды и воды не бесконечный! – гаркнул Щербаков и пошел вперед.
Замкнув колонну, я снова погрузился в свои мысли, не забывая посматривать по сторонам. Пейзаж, впрочем, был все так же однообразен, скуден и скучен. Поля да леса, леса да поля и никаких тебе признаков человека. Ни примятой травы, ни сломанных веточек, ничего. Такими темпами искать людей здесь можно до старости. Не провалились же они сквозь землю, предварительно заметя за собой все следы?
ЭМИ. Электромагнитный импульс. Интересная гипотеза, но – малопонятная и очень уж смахивающая на фантастику или дурную шутку. Если ничего не путаю, этот самый импульс порожден взрывом ядерной бомбы в верхних слоях атмосферы и страшен для любой более-менее современной техники, будь то машина, компьютер, телефон. В одной компьютерной стрелялке даже оптические прицелы «убило», превратив в бесполезные хреновины на автоматах. Но такое яркое во всех смыслах событие, как ядерный взрыв, сопровождается многими интересными и не очень «спутниками». Повышенным фоном радиации, ее же осадками, обычно в виде дождя или, если ситуация совсем уж хреновая – снега Но ничего подобного в последние дни не было. Стоп! Вспышка. Яркое светопреставление так же является частью взрыва, но в той же Хиросиме люди, ее наблюдавшие, слепли. Ну не рассчитаны хрупкие глаза человека на такие нагрузки. А тут, если верить брифингу – вспышка была и люди, ее видевшие, никаких негативных последствий от ее созерцания не получили. Ну, может быть, допускаю, голова заболела у кого. Но в последнее время мигрень слишком распространенное явление и никто уже особо на него внимания не обращает. Вот только даже головная боль – подозрительно слабая реакция. Вот, бывало, в гараже у батьки, помогая в ремонте старенькой «Нивы» поймаешь «зайчика» от сварки, неосторожно посмотрев на искры, и глаза потом побаливают некоторое время. Не сильно, но все же чувствительно. А у сварочного аппарата и ядерной бомбы разница в мощности не просто огромна, она чудовищно огромна. Хотя нет, пример некорректен, природа явления вспышки там разная и общего у них только сама вспышка.
В очередной раз осмотрев унылый пейзаж, я дернул ногой в сторону, стараясь подвинуть порядком уже надоевший колоться камешек, с пятки в куда-то более удобное место и уже всерьез подумывал о том, чтобы предложить сделать привал, чтобы вынуть уже злосчастную помеху из ботинка, как вдруг заметил кое-что интересное на асфальтовом покрытии дороги. А именно – следы торможения. Черные, длинные, такие остаются от резкой остановки автомобиля. Проследив их направление взглядом и направившись по следу, я уткнулся в спину Лехи.
- Чего встал-то?
- Туда глянь, - указал друг в сторону примятой травы на обочине.
- Да…- только и протянул я.
След торможения обрывался аккурат напротив раздавленных и сломанных кустов. Да и глубокая колея на обочине ясно давала понять, куда свернула машина. Не автобус, тот бы застрял тут из-за своего малого дорожного просвета, но и не грузовик. Что-то легковое, но в тоже время обладающее достаточным клиренсом и внедорожными качествами. Да и колеса автомобиля были обуты не в шоссейную резину, а в агрессивную внедорожную с широким протектором, следы которого отпечатались в грязи.
- УАЗик?
- Ага, или «Нива». На КПП был УАЗ, наверняка не один. Для патруля одной машины недостаточно.
- Да «козлик» наверное, - протянул Вадим, - откуда у них жигуленок? Вот только не припомню, чтобы нам говорили о его пропаже. Ладно, пойдем, посмотрим.
- Нам много чего не говорили, - буркнул я в спину пошедшему к лесу командиру.
Спустившись с шоссе, мы, тем же построением, двинулись по следам загадочного джипа. Проехал он относительно недавно, не более суток назад, поэтому следы были отчетливо читаемы даже таким откровенно хреновым следопытом, как я. Лес не спешил заживлять раны, оставленные вторжением внедорожника. Поломанные ветки, раздавленные кустарники и вдавленная в грунт трава со следами колес указывали направление движения машины. Срочники, скорее всего именно они, направившиеся на поиски пропавших, поленились идти пешком и предпочли двигаться на автомобиле, ленивцы. Я бы, может быть, тоже не отказался прокатиться здесь, по пустынным дорогам, наплевав на правила дорожного движения, на армейском джипе, но вынужден месить лесную грязь ногами, ступая по следу внедорожника, которого невесть как занесло в лес. Умом я понимал, что передвигаясь пешком, медленно, шансы заметить следы человека выше, чем при поиске на автомобиле, рискуя просто проехать мимо какого-нить брошенного рюкзачка или сделать нечитаемым, раздавив широкими покрышками, след от кроссовок на обочине отошедшего до кустов, отлить, туриста. Вот только срочники, продирающиеся на своем джипе сквозь лес, сметающие все на своем пути, как стадо кабанов, что-то же умудрились заметить. Неужто пропавшие туристы обустроили тут, в лучших туристических традициях, лагерь, с обязательным шашлычком и песнями под гитару, прихваченную начинающим бардом, приманили служивых на аромат жаренного мяса, громкий хохот от анекдотов и звук расстроенной гитары, которой аккомпанирует обладатель явно оттоптанных ушей? Сомневаюсь, ой как сомневаюсь. Нынешние туристы, если так можно назвать тех, кто выезжает на пикники за город, гитаре предпочтут громкий сабвуфер в машине а вместо нормального шашлыка все чаще жарят покупные сосиски, из-за быстрого приготовления последних и банальной лени. Вот только какой идиот будет разбивать лагерь в зараженном радиацией лесу? Если ничего не путаю, то при горении впитавшее в себя радионуклиды дерево будет фонить куда сильней мирно стоящих сосен и елей.
Нет, солдат в эти дебри привлекли явно не костры и дым шашлычков. Что-то иное, настолько необычное, что они устроили сафари по пересеченной местности. И теперь из-за них мы вынуждены идти все дальше и дальше по их петляющей, углубляющейся в лес, колее. Отвратительно. Дождь может быть прошел и очень давно, но земля оставалась влажной, ботинки скользили и вязли, напоминая о далеком детстве, когда я ходил на берег Каменного Брода, речушки в родном городе, после дождя и обязательно приходил домой с потяжелевшими на килограмм-другой от налипшей грязи, ботинками.
Темный лес, все больше и больше смахивающий на ночной, слишком было сумеречно из-за густо разросшихся где-то в вершинах деревьев, создающих почти непроглядный полог, всячески мешал нашему продвижению. Он то старался заехать в лицо широкой и длинной хвойной лапой, словно забияка из соседнего двора, то подставлял под ноги корни елей и сосен, словно подножки. Устав отмахиваться и уворачиваться от излишне агрессивной флоры, так и норовящей выбить глаз, я снял со шлема очки-маску и прикрыл ими глаза, оберегая зрение от травм. А то так и ослепнуть недолго, поймав веточку и хорошо, если только одним глазом. А оно мне, в двадцать с лишним лет, не нужно. Чай не средневековый пират, чтобы носить повязку. Да и они, к слову, были не одноглазыми, а просто хорошо знали свойства зрения. Глаз, привыкший к темноте, лучше видит в слабоосвещенных внутренних помещениях взятого на абордаж судна. Вот и носили корсары повязку, используя глаза по очереди. Спорное решение, которое может привести, если не ошибаюсь, к проблемам со зрением, но ведь работало. Да и жизнь тогда была намного короче и веселей, чем сейчас. Не до страхов перед катарактой после сорока лет, короче.
Границы леса показались спустя примерно полчаса нашей, не сказал бы, что легкой, прогулки по нему. Сначала стало чуть больше света, затем деревья внезапно расступились, открыв взору небольшую, не больше футбольного поля, полянку. Но вместо игроков в изобилующей рекламой форме, активно пинающих мячик от одних ворот до других, в центре поля лежал, завалившийся набок военный вертолет. Точнее то, что от него осталось. В груде металлолома, после далеко не мягкой посадки, с трудом угадывался легендарный «летающий танк», он же «крокодил», Ми-24. Старый-добрый военный вертолет, прошедший боевое крещение Афганистаном, заслуживший столь грозные имена из-за своего агрессивного вида и крепкого корпуса, выдерживающего пулеметные очереди, уже никогда не полетит. Целой осталась только узнаваемая, «двухэтажная» кабина, в которой один летчик, вроде пилот, сидел чуть выше и за спиной напарника-стрелка. Остальные части вертолета были сильно деформированы при падении, а хвост от удара отломался и валялся теперь в нескольких метрах в стороне.
Неподалеку от потерпевшего крушение «крокодила» стояла грязная зеленая «Нива» с распахнутыми дверьми. Было отчетливо видно пустой салон. То, что именно эта машина оставила следы на шоссе и в лесу, сомнений не оставалось. Колея ей-под ее колес и исхлестанный ветками, в грязных разводах от них же, кузов были ясным доказательством того, что «Нива» продиралась сквозь лес. Да и следы в лесу, временами резко огибавшие деревья, тоже объяснимы. «Козлик», будучи длинней тольяттинского внедорожника, на такие финты в густом хвойном лесу был неспособен, габариты не позволяют, а вот «Нива» - вполне.
- Надо осмотреть вертолет, может, кто-то да уцелел, - Вадим, шедший в авангарде колонны и первым же вышедший на полянку, побежал к вертолету, закинув автомат за спину.
Я нерешительно остановился на краю леса, стараясь не выходить на полянку. Что-то смущало, чувство тревоги, не покидающее с самого начала нашего путешествия, нарастало, требуя уносить отсюда ноги и, желательно, побыстрей. Куда глаза глядят, но как можно дальше. Такое уже было, в Ираке, когда наш взвод при патрулировании наткнулся на подозрительную машину. Чуйка тогда не обманула, автомобиль оказался забит взрывчаткой и должен был взорваться при прохождении мимо конвоя. Талибы сделали какую-то хитрую бомбу, не требующую ни таймера, ни дистанционного подрыва, реагирующую толи на вес проезжающих мимо транспортных средств, толи на магнитах. Прибывшие саперы оказались американцами и было у нас полное недопонимание. Они русского не знали, а наше знание английского языка было не на столь высоком уровне. Поняли лишь, что взрывчатка в машине, да какая-то хитрая, ориентированная на прохождение конвоя.
Леха, уже давно несший свое оружие на плече, стволом вниз, тоже было бросился за командиром, но я успел его придержать за плечо.
- Что-то тут не так, стой!
- Эй, ты чего, - слегка пробуксовавший на месте Леха обернулся и уставился непонимающим взглядом, - может парни еще уцелели.
- Да стой ты, оглядись! – стараясь не шуметь, шепотом произнес я, - в вертолете минимум двое было, пилот и стрелок. В «Ниве» тоже думаю не один водитель был, наверняка еще кто-то поехал на поиски, одного бы солдата не отправили. Уже приличная толпа получается. Ты кого-то из них видишь?
- Нет, не вижу, - Леха поменялся в лице и, явно сделав какие-то выводы, повернувшись к поляне заорал, - командир!
- Ну, где вы там! – уже почти добежавший до упавшей вертушки, Щербаков обернулся на крик и призывно махнул рукой, - сюда! Тут ...
Он не успел договорить. В воздухе, словно выпавшая из портала, кои встречаются в каждой первой фантастической книжке, появилась тварь, как та, с КПП «Дитятки», один-в-один. Все те же длинные, похожие на присоски осьминога, извивающиеся щупальца на том месте, где обычно располагается рот, на лысой, вытянутой голове. Налитые кровью, якро-красные глаза было видно даже с края полянки. Неестественно длинные, мускулистые и бугрящиеся венами, руки-лапы с когтями, от вида которых Фредди Крюгер повесился бы от зависти. Высокое, за два с лишним метра, тело было покрыто густой черной шерстью с серыми вкраплениями.

Материализовавшись, тварь не стала терять времени даром и сходу атаковала командира, заставив ударом лапы отлететь на несколько метров в сторону с той же легкостью, с какой ученик средней школы разрушает пинками построенные малышом-детсадовцем куличики. С соответствующим сопротивлением. «Куличик» ,налетевший плечом на торчащий из искореженной тушки вертолета металлический прут, не растерялся и огласив округу длинной матерной тирадой, принял единственно верное решение – стрелять по лысому обидчику. Поврежденное плечо не давало добраться до автомата, поэтому Вадим открыл огонь из пистолета, выхваченного из набедренной кобуры. «Осьминогу» от этого, судя по последовавшей реакции, в восторг не пришел и, игнорируя впивающиеся в тело пули, добежал к командиру. Причем гадина во время передвижения «мерцала», то появляясь, так же эффектно как в первый раз, то пропадая из виду. Когда Вадим начал перезаряжать пистолет, тварь добралась и, заслонив его от нас своим телом стала методично наносить командиру раны лапами, отводя их за спину для более широкого замаха, явно стараясь добраться когтями до скрытого под бронежилетом и разгрузкой тела, утробно взрыкивая перед каждым ударом.
- Стреляй! – вывел меня из ступора Леха криком и чувствительным тычком в плечо, - она его сейчас порвет!
Опомнившись, я сдернул с плеча автомат и вскинув его, длинными очередями стал поливать широкую спину «осьминога». Это было непросто, руки дрожали и короткий автомат ходил в руках ходуном. Нервы, закаленные в Ираке и Украине, явно не были готовы к такому зрелищу. Леха стрелял с такой же меткостью, очередями по пять-десять патронов, стараясь попасть твари в голову, но большая часть пуль проходила мимо, попадая в вертолет.
Но несколько раз мы все же попали. «Осьминогу» явно не понравилось работать тировым пулеулавливателем и он растворился в воздухе, предварительно взревев на всю округу.
- Где он, ты его видишь? – снова Леха, лихорадочно вставляющий дрожащими руками в автомат новый магазин, первый он уже опустошил и уронил на землю, промахнувшись мимо кармашка разгрузки.
- Нет, - ответил я, занимаясь тем же самым, пытаясь попасть в отверстие для магазина, руки слушались плохо.
Рядом раздался рык «осьминога». А мы оба – на перезарядке, да еще и трясем руками как разбитые в параличе старики с синдромом Альцгеймера в терминальной стадии, потерявшие возможность ориентироваться в обстановке. Господи, может это глюки или сон? Раздавшийся неподалеку, метрах в двадцати рев твари тут же развеял все желания разбираться в этом вопросе.
- Бежим!


Вы уже голосовали.
Категория: Фанфики | Добавил: Slipyj_Krot (15.11.15) | Просмотров: 265

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

 


Сталкер 2
X-Ray SDK

Все баннеры
Условия баннерообмена
Каталог сайтов

: 13
Заглянувших: 9
Сталкеров: 4

Гифт, ivan_yaschericyn, Marsad, Goroff

подробно...


Главная страница | Форум | Моды и файлы | Галерея | Статьи | FAQ | Мобильная версия | Найти | RSS

Internet Map www.webmoney.ru

Авторское право на игру и использованные в ней материалы принадлежат GSC Game World.
Любое использование материалов сайта возможно только с разрешения его администрации.
Copyright Chernobyl-Soul.com (ex Stalker-cs) team © 2008-2016. Design by Argus, Хостинг от uCoz.